Морская аквакультура Дальнего Востока: между потенциалом и системными барьерами
| Сфера марикультуры на Дальнем Востоке демонстрирует значительный потенциал для роста, однако её развитие сдерживается комплексом системных проблем. На сегодняшний день Дальневосточный федеральный округ входит в тройку лидеров России по объёмам выращивания товарной аквакультуры, демонстрируя прирост в 10,7% и достигнув в 2024 году показателя в 93 тысячи тонн продукции. Более 90% выпуска на Дальнем Востоке обеспечивает Приморский край, морские акватории которого наиболее подходят для культивирования ценных видов гидробионтов, таких как дальневосточный трепанг, приморский гребешок, морской ёж, устрица и т.д. В настоящее время морская аквакультура (марикультура) Дальнего Востока стоит на пороге важного выбора. Обладая колоссальным природным потенциалом и уникальными биологическими ресурсами, отрасль показывает позитивную динамику, однако её развитие сдерживается комплексом системных проблем. Разрыв между возможностями и создаваемыми административными барьерами становится очень заметным, требуя принятия решений для превращения марикультуры в реальный локомотив развития экономики макрорегиона. Согласно оценке Минвостокразвития России, проведенной в 2016 году, потенциал производства аквакультуры на Дальнем Востоке составляет 1 млн тонн продукции в год. По итогам 2024 года он используется на 9,3 процента. По площади показатель еще ниже – из нескольких миллионов гектаров морских акваторий, пригодных для аквакультуры на Дальнем Востоке, задействовано не более 5 процентов. Основу дальневосточной марикультуры составляют высокоценные гидробионты, пользующиеся стабильным спросом как на внутреннем, так и на внешнем рынках. Хозяйства зачастую работают по принципу поликультуры, выращивая несколько видов одновременно, что является экологически и экономически эффективным решением. Ярким примером служат аквакультурные участки в Хасанском районе, на которых культивируется не только гребешок и трепанг, но и креветка, устрица, мидия, водоросли и т.д. Все эти виды гидробионтов существуют и выращиваются в природном симбиозе. Интересный факт Дальневосточный трепанг, который китайцы и корейцы издревле еще называли морским женьшенем, обладает уникальными целебными и питательными свойствами. У наших дальневосточных соседей, особенно в Китае, он ценится очень высоко. В книге «Особый район Китая. 1942—1945» известного советского разведчика, журналиста и дипломата Петра Парфеновича Владимирова описан случай, когда председатель Компартии Китая Мао Цзэдун, отдавая дань уважения уникальности дальневосточного трепанга, в феврале 1943 года во время банкета, данного китайской стороной в честь Сталинградской победы, встал, чтобы есть его стоя. «Надо было видеть, как подался Мао Цзэ-Дун навстречу блюду трепангов, как осторожно и торжественно накладывал в тарелку и вкушал стоя, будто на присяге» - описывает Петр Владимиров эту поразившую его картину. Необходимо особенно отметить, что Дальневосточный бассейн, и в особенности Приморский край, является лидером российской марикультуры. Регион демонстрирует устойчивый рост объемов производства. Согласно данным Росрыболовства, ежегодно марифермеры Приморья выпускают в природную среду обитания для естественного доращивания десятки миллионов штук молоди приморского гребешка и дальневосточного трепанга. Эти цифры свидетельствуют об активной фазе инвестирования и производства, результаты которого в виде товарной продукции поступают на рынок через 3–4 года, когда молодь достигает товарного размера и её поднимают с морского дна. Ключевым конкурентным преимуществом марикультуры Дальнего Востока является ее экологичность и практически полная самообеспеченность кормами. В отличие от пресноводной аквакультуры, требующей закупки кормов, в т.ч. импортных, большинство объектов марикультуры (гребешок, трепанг, мидии) являются природными фильтраторами. Они не требуют искусственного кормления после выпуска в море, потребляя естественную пищу из морской воды. Это не только сводит к нулю проблему с кормами, но и делает дальневосточную продукцию особенно чистой и натуральной, что является мощным маркетинговым преимуществом. России нужна развитая отрасль морской аквакультуры. В то время как такие, достаточно новые игроки на международном рынке, как Вьетнам, Филиппины, Бразилия и т.д., бьют рекорды в аквакультуре, её развитие в России продолжает отставать от мировых трендов. Это особенно актуально в свете последних изменений в Доктрине продовольственной безопасности РФ, внесенных Президентом России Владимиром Путиным. Изменения касаются развития внутреннего производства сельхозпродукции, сырья и продовольствия, к которым относится и аквакультура, для обеспечения и наращивания экспортного потенциала России. Приморские и дальневосточные морепродукты, в т.ч. выращенные в аквакультуре, пользуются заслуженным уважением и спросом на внутреннем и зарубежных рынках. Близость к ключевым рынкам сбыта – Китаю, Республике Корея и Японии, - а также наличие Трансибирской железнодорожной магистрали, является важным логистическим преимуществом для экспорта и поставок на внутренний российский рынок. Но несмотря на большую, как казалось бы, перспективность, отрасль сталкивается с серьезными административными барьерами системного характера, которые тормозят инвестиции и сдерживают развитие, заставляют стоять на месте. Росприроднадзор и государственная экологическая экспертиза (ГЭЭ), как ключевой административный фактор Барьер в виде государственной экологической экспертизы возник в 2013 году в результате законодательного брака. Законопроект был локальным - речь в нем шла исключительно о дноуглубительных работах на Ямале, без упоминания аквакультуры. В результате под административным давлением оказалась вся морская аквакультура (марикультура) в Российской Федерации. Пресноводная аквакультура, занимающая 70% в российской аквакультуре, госэкоэкспертизе не подлежит, что ставит марикультуру в заведомо невыгодные условия. Действующий порядок прохождения ГЭЭ заставляет инвесторов, купивших у государства морские аквакультурные участки, которые являются целевыми, проходить сложную и дорогостоящую процедуру для подтверждения права ведения на этих участках аквакультуры. Аквафермеры, не прошедшие госэкоэкспертизу, не имеют права заниматься на своих участках профильной деятельностью. Согласно договорным обязательствам инвесторов, если участки несколько лет бездействуют, то они изымаются в пользу государства. Средства, вложенные в покупку и развитие участков не компенсируются. Данные условия являются кабальными и антиинвестиционными. В Приморье, которое является главным кластером аквакультуры на ДВ, из 114 предприятий ГЭЭ прошли только 10. Процедура экоэкспертизы долгая, сложная и дорогостоящая. Сейчас средний чек за сбор бумажек, заключений и документов, разработку проектной документации, прохождение различных процедур ГЭЭ составляет от 5 до 12 млн рублей за один рыбоводный (аквакультурный) участок. Число этих участков в России может достигать 1 тыс. Это от 5 до 12 млрд руб. потенциальных платежей в различные кассы. Требования ГЭЭ являются унифицированными и рассчитаны на крупные производства с высокой степенью загрязнения окружающей среды, что делает их избыточными и сложно применимыми к марикультурным хозяйствам, которые занимаются не эксплуатацией (выловом), а воспроизводством водных биоресурсов. К марифермерам могут предъявляться требования, не имеющие к ним прямого отношения, такие как изучение геологии морского дна, атмосферных явлений или сохранение редких млекопитающих и т.д. При этом Росприроднадзор дублирует полномочия Росрыболовства, в составе которого уже имеются компетентные эксперты в области водных биоресурсов. Это создает ненужный параллелизм и усложняет процедуру. Проблема ГЭЭ, проводимой Росприроднадзором, является, пожалуй, наиболее острой и обсуждаемой в марикультурном отраслевом сообществе. Мнение эксперта Василий Гребенников, являвшийся с 2015 по 2018 гг. заместителем гендиректора Фонда развития Дальнего Востока (ФРДВ), назвал госэкоэкспертизу Росприроднадзора одним из основных административных барьеров для морской аквакультуры. «Больной для марикультурных компаний момент – государственная экологическая экспертиза мариводных участков. Огромные деньги надо заплатить, миллионы. Притом занимается экспертизой некий черноморский институт. У тамошних ученых нет никакого понимания о процессах, происходящих в Японском море. Из-за чего у мариводов возникают проблемы, а фактическая ценность такой экспертизы сомнительна: указанные средства я мог бы направлять на развитие производства и заплатить больше налогов», - сказал Василий Гребенников в интервью деловому изданию «Конкурент» год назад. «Государство продает право на заключение договора на использование рыбоводного участка. Но если его сформировали и выставили на аукцион, значит, такую деятельность можно там осуществлять? Меня же заставляют затем доказывать, что я могу там фактически заниматься марикультурой. Явный законодательный брак, неправильное решение. Приходится работать в таких рамках, какие они есть», - обратил внимание экс-зам главы ФРДВ. Завышенные минимальные объемы изъятия и угроза расторжения договоров Руководитель Федерального агентства по рыболовству (Росрыболовство) Илья Шестаков на расширенном заседании Коллегии Росрыболовства в апреле 2025 года заявил о недостаточной работе по контролю за исполнением договорных обязательств со стороны аквакультурных предприятий. «Кроме того, считаю, что недостаточная работа проводится по контролю за исполнением обязательств на рыбоводных участках. Поэтому теруправлениям совместно с администрациями краев и областей провести анализ по выполнению договорных обязательств на рыбоводных участках и представить отчет к 1 сентября 2025 года», - сказал Илья Шестаков. Как отмечают эксперты, речь идет о контроле исполнения условий договоров пользования рыбоводными (аквакультурными) участками в части соблюдения минимальных объёмов изъятия выращенных объектов товарной аквакультуры с одного гектара в год. При неисполнении условий договоры пользования участками могут быть досрочно расторгнуты. В аквакультуре в предыдущие годы наблюдался устойчивый рост объемов. Но в 2024 году произошло снижение выпуска товарной рыбы на 5,3% к уровню 2023 года. Он составил 380 тыс. тонн. Снижение показали все федеральные округа кроме Дальневосточного. Он стал единственным в России, кто продемонстрировал серьезный рост товарной аквакультуры - 93,0 тыс. тонн (+10,7% к уровню 2023 г.). Минимальные ежегодные объемы изъятия выращенной в аквакультуре продукции установлены приказом Минсельхоза России от 15.03.2017 №124. Они сильно завышены и не отражают реальных возможностей отечественной аквакультуры. Так, для индустриальной аквакультуры, условия об осуществлении которой включены в договоры пользования рыбоводными участками (РВУ), средний размер минимального годового изъятия составляет 223 тонны с одного гектара. Срок выращивания – 4 года. Согласно последним данным, опубликованным на сайте Росрыболовства в 2017 году, площадь РВУ находящихся в пользовании в России составляла 434 тыс. га. Таким образом, через четыре года после принятия этого знакового для российской аквакультуры приказа, т.е. к 2022 году, объём аквакультуры в России должен ежегодно составлять 96,8 млн тонн. Необходимо отметить, что в приказе идет речь о минимальных объемах изъятия – т.е. фактический объём выращивания должен быть выше. Для того, чтобы было понимание о каких объемах идет речь, необходимо привести ряд данных для сравнения. Так, по итогам 2024 года весь российский вылов рыбы составил 4,9 млн тонн. Это пятый показатель в мире. Но это не всё. Российская аквакультура за 4 года должна была не только в 20 раз обойти российский вылов дикой рыбы, но и за короткий срок оставить позади мировых лидеров аквакультуры. В настоящее время неоспоримым флагманом аквакультуры является Китай, выращивающий 53 млн тонн рыбы в год, затем идут Индия – более 10 млн тонн, Индонезия – 5,4 млн тонн, Вьетнам – 5,2 млн тонн (данные по итогам 2023 года). Россия, согласно приказу Минсельхоза, должна обойти все эти страны вместе взятые. Согласно актуализированной в этом году Стратегии развития агропромышленного и рыбохозяйственного комплексов на период до 2030 г., российская аквакультура к 2030 году должна будет давать стране 618 тысяч тонн. Это более объективный и реалистичный показатель. Приморское территориальное управление Росрыболовства еще летом уведомило всех пользователей РВУ в регионе о массовом недоизъятии объектов аквакультуры и нарушении договорных обязательств. Согласно открытым источникам, помимо Приморского края, проверки соблюдения договорных обязательств на рыбоводных участках прошли в Сахалинской и Ленинградской областях. Опыт вековой давности показывает, что от качества принятых управленческих решений, их проработки, зависит развитие соответствующих отраслей экономики. Так, Иосиф Виссарионович Сталин еще в 1931 году призывал советских управленцев разбираться и вникать в руководимые процессы, а не попросту подписывать бумаги. «˂…˃ У нас нередко думают, что руководить – это значит подписывать бумаги, приказы. Это печально, но факт. <…> А вот, чтобы вникать в дело, овладеть техникой, стать хозяином дела, - на этот счет – ни-ни. <…> Как могло случиться, что в деле руководства производством мы пасуем перед бумажкой? Причина тут заключается в том, что подписывать бумагу легче, чем руководить производством. И вот многие хозяйственники пошли по этой линии наименьшего сопротивления», - сказал Иосиф Сталин в своей речи «О задачах хозяйственников» на первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности в феврале 1931 года. В данной ситуации рационально пересмотреть подходы, которые бы дифференцировали ответственность за недоосвоение, учитывая усилия предприятий по развитию производства и рост показателей. Необходим более трезвый и взвешенный подход при решении вопроса о расторжении договоров пользования рыбоводными участками по причине недоосвоения установленных приказом Минсельхоза минимальных объёмов. Сдерживание новых возможностей аквакультуры Марикультуре Дальнего Востока нужна гибкость, как в Китае или Вьетнаме, при выборе объектов для выращивания в зависимости от изменений рынка. В настоящее время в России, ввиду жесткой регламентации деятельности аквакультурных хозяйств, это невыполнимо. При изменении спроса на рынке сбыта, как на внутреннем, так и на внешнем, марикультурные хозяйства не смогут своевременно отреагировать. Так, в настоящее время по причине введения Трампом высоких заградительных пошлин в отношении китайских товаров, последовавшего снижения рентабельности и падения цен, аквакультурные хозяйства Китая рассматривают возможность сокращения объемов тиляпии, которая является традиционным экспортным видом аквакультуры. Взамен аквафермеры переключаются на выращивание креветки, пользующейся стабильно высоким спросом на внутреннем рынке Китая. Потребление креветок в Китае увеличивается на 2–3% в год и к 2032 году может превысить 4 млн тонн против 3,1 млн тонн в 2023-м. Однако внутреннее производство в КНР растет быстрее, примерно на 5% в год и, как ожидается, достигнет 3,5 млн тонн в 2032 году. Цены на фермерскую креветку в Китае остаются высокими и обеспечивают хорошую прибыль. Таким образом китайские аквафермеры могут оперативно подстраиваться под изменения конъюнктуры рынка и своевременно реагировать, меняя виды выращиваемой продукции. Причем действующая система законодательства в Китае позволяет аквафермерам осуществлять это без особых затруднений. В России такой гибкой системы пока нет. Действующее российское законодательство достаточно жестко регламентирует деятельность существующих аквакультурных хозяйств и предприятий, не позволяя им проводить гибкую политику по выращиванию различных видов гидробионтов в зависимости от востребованности рынка. В России возможность выбора объектов аквакультуры для выращивания зависит от государственного регулятора в лице Минсельхоза РФ, который утверждает Классификатор в области аквакультуры (рыбоводства), предусматривающий сейчас более 100 объектов, подавляющее большинство из которых пресноводные. К настоящему времени морские аквафермеры Дальнего Востока не могут добиться включения в Классификатор ряда высокополезных морепродуктов, таких как спизула, асцидия, корбикула и анадара. Это искусственно ограничивает интенсификацию отрасли и не позволяет бизнесу реагировать на рыночный спрос. Подобная нормативная консервативность связывает руки инвестиционным проектам. Показательна здесь ситуация с анадарой, которую не включают в Классификатор из-за негативного отношения к этому добытчиков донных моллюсков. Анадара является уникальным морским обитателем. В России он малоизвестен, а вот в Японии, Корее и Китае он на протяжении многих веков пользуется особым уважением из-за своих особых питательных и целебных свойств. К настоящему времени все попытки включить анадару в аквакультурный Классификатор были неудачными. В итоге, она запрещена к выращиванию, но разрешена к промыслу. Сейчас анадара в небольших количества добывается только в Приморском крае. В 2024 году её вылов составил скромные 60 тонн. В случае включения анадары в перечень объектов аквакультуры, разрешенных к выращиванию, этот объём может быть намного выше, счет может идти на тысячи тонн. Но это противоречит бизнес-интересам добытчиков донных моллюсков. По данным Росрыболовства, в 2023 году аквакультурные предприятия Дальнего Востока вырастили 84 тыс. тонн ценных морепродуктов (трепанг, устрицы, мидии, гребешки, морские ежи и другие). На Приморский край традиционно приходится порядка 95%. В 2024 году этот объём вырос более чем на 10% - до 93 тыс. тонн. Причем трепанг и гребешок запрещены к промыслу в Приморье, но счет в их выращивании идет на десятки тысяч тонн. При включении анадары в список объектов аквакультуры объём её выращивания, по аналогии с гребешком и трепангом, может в десятки раз превысить её нынешний промысел. Государство сможет получать более высокие налоговые и экспортные платежи, а поставки анадары на внутренний рынок благоприятно отразятся на здоровье нации. Но в этом случае изменится и конъюнктура рынка анадары. Возросшее предложение создаст серьезную конкуренцию на рынке и опустит цены. Возможно, именно этого и опасаются добытчики донных моллюсков. Трудностям вопреки: марикультура полностью обеспечена отечественными кормами и посадочным материалом Но, несмотря на все трудности и нормативную неурегулированность, предприятия морской аквакультуры показывают высокую результативность по самообеспечению кормами и посадочным материалом. Помощник Президента России, Председатель Морской коллегии Николай Патрушев, проводивший в октябре на Сахалине расширенное совещание по вопросам рыбной отрасли, обозначил обеспечение аквакультуры отечественными кормами и посадочным материалом одной из важнейших задач для рыбохозяйственного комплекса Дальнего Востока. Большой акцент Николай Патрушев сделал на дополнительных мерах по развитию аквакультуры в регионах, особенно по самообеспечению отечественного рыбоводства кормами и посадочным материалом. Он отметил, что в последнее время зависимость от иностранных производителей удалось снизить в 2,5 раза, в том числе за счет создания собственных технологий и запуска новых предприятий. К 2030 г. предполагается выйти на уровень самообеспечения до 80% по посадочному материалу и 90% — по кормам. Обозначенная Помощником Президента России, Председателем Морской коллегии Николаем Патрушевым задача по самообеспечению российской аквакультуры отечественными кормами и посадочным материалов является приоритетной и значимой для её дальнейшего развития и марифермеры Приморского края активно приступили к её выполнению еще более 10 лет назад. К настоящему времени большинство предприятий морской аквакультуры региона полностью покрывают свои производственные потребности кормами и посадочным материалом отечественного производства. В заключение Морская аквакультура Дальнего Востока России находится в непростой ситуации. С одной стороны – уникальные природные дары, растущие объемы производства и огромный экспортный потенциал. С другой – система административных барьеров, которая, как скала, противостоит волне инвестиционной и предпринимательской активности. Проблемы государственной экологической экспертизы, риски расторжения договоров и консервативный Классификатор – это не просто неудобства, а системные ограничители роста. Для прорыва недостаточно лишь точечных улучшений. Требуется качественное изменение регуляторной философии: переход от тотального контроля к партнерству и поддержке. Лишь в этом случае «морской женьшень», гребешок и другие дары моря смогут стать не просто предметом гордости, а реальным фундаментом процветания дальневосточного региона, обеспечивая его экономическую устойчивость и укрепляя позиции России на мировом рынке деликатесов. Далекая окраина |
